понедельник, 10 мая 2021 г.

«Жень, я тебе очень признателен»

Киселев и Доренко мешают «с говном» врагов олигархов




Вечером 9 мая 2019 года, во время поездки на мотоцикле, телеведущему Сергею Доренко стало плохо, он потерял сознание, упал. Прибывшая Скорая уже ничем не смогла помочь: у радиоведущего случился разрыв аорты. Звездный час Доренко был в 90-е годы, когда он и получил славу телекиллера. Одновременно, на соседнем канале сиял телеведущий Евгений Киселев. Доренко был тесно связан с Борисом Березовским, Киселев- с Владимиром Гусинским.


Гусинский и Березовский


В распоряжении Rucriminal.info есть определенное количество прослушек из архива Березовского. На одной из записей можно услышать, как телеведущий Евгений Киселев «обслуживает» эфир с Гусинским и Березовским. Березовский благодарит Киселева за «нужную» передачу. Поет дифирамбы. Киселев поддакивает. Подключается Гусинский и спрашивает о том, как они в передаче обгадили газету «Московский комсомолец». Березовский согласен, что очень хорошо и говорит, что нужно вылезать из-под кустов и бить их (МК) в полную силу. Этим на днях займется Сергей Доренко.




Б: Але? Але, Женя!

К: Да.

Б: Жень, действительно, я тебе очень признателен. Я не знаю, я конечно, как бы, странно смотреть вот так на себя, и несмотря на то, что я уже как бы не один раз это видел, но я тебе действительно признателен за, как бы, вот то, как ты это все сделал, и в то же время, так сказать, не поставил меня в идиотское положение, и самое главное, ты и себя и все это мне как показалось вполне, ну… я не знаю. Знаешь, мне опять трудно судить, но мне кажется это…

К: (перебивает) Все нормально, я внимательно смотрел. Я внимательно смотрел уже в эфире, потому что как, мы монтировали конечно же в (неразборчиво), потому что времени было мало. Может мы там могли бы что-то еще, еще была бы полная расшифровка, как мы обычно делаем.

Б: Да.

К: Конечно, можно было бы там еще чуть-чуть подшлифовать, но здесь уже технологии просто.

Б: Да не, Жень. Я еще раз, я говорю очень признателен. И я считаю, что все абсолютно… ну я не знаю. Мне показалось нормально.

К: Ну нормально, нормально. Главное, это то, что сказал Олег, что это та самая идентификация, что люди увидели совершенно нормального, трезвого, и главное уверенного в себе человека.

Б: Кстати, выпил перед этим виски.

(Оба смеются)

К: Ладно. Володь…

Б: (перебивает) Еще, еще раз, огромное спасибо.

К: Спасибо.

Б: Спасибо.

(у телефона Гусинский)

Г: Але, а как тебе по «МК»?

Б: А?

Г: А как тебе…

Б: (перебивает) По «МК» нормально, Володь, вообще мы сейчас… Володь…

Г: Почему?

Б: А?

Г: Как тебе по «МК» с говном?

Б: Абсолютно.

Г: Понял, да?

Б: Абсолютно. Не, Володь, нам сейчас весь смысл в том, Володь, ну просто точно, точно одну вещь, Володь, и надо бы, чтоб в кусты, нужно просто их, извини меня, ..., как… по полной программе.

Г: Подожди, мы с тобой наметили план, как…?

Б: (перебивает) Да.

Г: Значит, Доренко у тебя завтра.

Б: Да.

Г: Хорошо, да?

Б: Договорились, Володя.

Г: Вот. И второй вопрос, значит мы начинаем прорабатывать, кто о чем говорит.

Б: Да, абсолютно.

Г: Я тебя целую, пока.

Б: Обнимаю, еще раз спасибо тебе, большое, всем мужикам.

Г: Пока.

Б: Пока.

Сергей Доренко


Продолжение следует

Ярослав Мухтаров

«Что вы все такие сыкливые?»

Был авторитетом в криминальном мире, также имел связи в правоохранительных органах



«Вы еще не поняли, что у них вообще ничего нет, кроме ваших слов, что вы сами себя все сажаете. Нe важно, что было - важно, что можно доказать. Сажаете вы сами себя, потом удивляетесь, за что вас…Эх, что вы такие сыкливые-то все… «Это все еще доказать надо им. Просто, чем меныше вы говорите, тем сложнее будет все это доказывать.. Старайся поменьше говорить, и всё выйдет…Ну, нам-то суд присяжных не нужен, на самом деле. Нy, я так думаю. Потому что, как бы, если будут судьи, ну, пусть они доказывают…Что, если бы ты не начал всё вот это рассказывать, ничего бы вообще не было…Дело в том, что из-за тебя закрыли-то всех остальных. Если бы ты просто помолчал, посидел бы годишко, блин. Все бы мы дома уже с детьми со своими были!», - это фразы, которые «авторитет» Константин Пискарев (Костя Большой) произносил после очной ставки члену ОПГ Мишину. На счету группировки Кости десятки убийств и часть бандитов начала сотрудничать со следствием. Показания Мишина публикует сегодня Rucriminal.info.


Константин Пискарев и члены его ОПГ


«Показания Мишина Д.С. в качестве обвиняемого, согласно которым после службы в армии он стал работать у своего отца в фирме «Стройрост», потом стал работать на Бауманском рынке и поддерживать отношения с членами Бауманской преступной группировки. На одной из встреч Мишин познакомился с Пискаревым, который произвел на него впечатление человека с большими возможностями и материальными ресурсами. Мишин решил, что, работая с Пискаревым, он может достичь больших успехов.

Примерно с августа 2001 года Мишин стал работать на Пискарева: выполнял обязанности водителя, снимал на видеокамеру встречи Пискарева, фотографировал различные места, автомобили, людей. Полученные фотографии (пленки, либо фототехнику) Мишин отдавал Пискареву. Также Мишин по поручению Пискарева осуществлял слежку за людьми. Пискарев давал Мишину словесное описание лиц либо автомобилей, за которыми надо было следить. За работу Пискарев ежемесячно платил примерно по 200 долларов США. При вступлении в банду Мишина в ней уже состояли также Сарьян, Столяров, Федосеев, Земцов, Замятин, Лупичев, Александров, Безруков Сергей.


Костя Большой


Будучи в банде, Мишин привел Макарова, который в свою очередь привел в банду Безрукова Сергея Юрьевича и Щесняка. Базой и местом сбора участников банды являлся яхт-клуб «Буревестник». Деятельность преступной группы была довольно хорошо организована, руководителем являлся Пискарев, все было подконтрольно непосредственно ему, его авторитет был непререкаем, все строго выполняли его указания. В группе имелось огнестрельное оружие, за которое, по предположению Мишина, отвечал Сарьян, который отвечал в целом за материальное обеспечение банды, выдавал к преступлениям и одеждой, техническими «заработную плату». Сарьян отвечал обеспечение необходимыми для этого предметами за подготовку связи, средствами для подавления сотовой связи, автомобилями, оружием, боеприпасами. Также Сарьян осушествлял слежку и техническую подготовку. Лупичев по прозвищу Дракон являлся исполнителем, никаких сложных вопросов он не решал. Александров по прозвищу Никсон также был простым исполнителем, кроме того был связан с оружием.

В банде Мишин познакомился с находившимся в розыске мужчиной по имени Андрей, имевшим прозвище Угрюмый (по данным следствия- Столяров), у которого были поддельный паспорт и водительское удостоверение, сделанные при помощи Пискарева. Столяров, по мнению Мишина, был хитрым, двуличным интриганом, который любил делать все чужими руками, мог кого-нибудь натравить друг на друга. Пискареву Столяров не нравился, серьезной работы он ему не поручал и отдал в подчинение Земцову. Столярова привел в группу Александров. Столярову поручали слежки за людьми, все естественно происходило по команде Пискарева. Также Столяров присутствовал на встречах, куда его брал Пискарев. Помимо этого Столяров выполнял мелкие поручения Пискарева, связанные с перевозкой, встречами. По указанию Пискарева, после apеста Земцова, Столяров собирал деньги с подконтрольных коммерсантов и продолжал выполнять работу, которой занимался при Земцове.

После смерти Федосеева его место занял Безруков С.А. по прозвищу Комиссар. Безруков С.А. занимался реализацией конфискованной техники и имущества по судебным решениям.

Пискарев был авторитетным человеком в криминальном мире, а также имел связи в правоохранительных органах и в других государственных структурах. Мишин регулярно пользовался связями Пискарева при ведении своего личного некриминального бизнеса. Позже, когда Мишин стал соучастником нескольких убийств, ему стало страшно, что Пискарев не отпустит его и расправится с ним.

Бандой Пискарев руководил вначале при помощи Замятина: он с ним обсуждал все свои действия и свои решения. Замятин был выходцем из Ореховской группировки, в группе Пискарева находился как бы в тени, но к его мнению Пискарев прислушивался. Замятин знал обо всем, что происходит в группе. Замятин помог Пискареву «вырасти», именно он знакомил Пискарева с криминальными авторитетами. Замятин служил в Афганистане, был вхож в различные преступные группировки.

Мишин часто видел Замятина на базе, где последний очень хорошо общался с Пискаревым, так сказать «по душам», то есть дружил с Пискаревым. Позже, когда Пискарев заработал себе авторитет, Замятин перестал часто заходить в яхт-клуб «Буревестник», так как у Пискарева получалось решать вопросы без непосредственного участия Замятин.

В банде не было принято проводить вместе свободное время, делиться информацией. Часто Мишин не знал о преступлениях, совершенных другими,

Пискарев не имел привычки объяснять цели совместных поездок, не сообщал причины убийства разных людей, лишь объяснял каждому участнику преступления, что именно тот должен делать.

Перед совершением убийств Пискарев одевался в неброскую, темную одежду, надевал перчатки. Верхняя одежда у Пискарева могла быть с капюшоном, так как иногда, при совершении убийств, он надевал на голову капюшон и туго его затягивал, что были видны лишь глаза. К совершению убийства Пискарев готовился, находясь на заднем сиденье автомобиля, при этом он мог использовать грим, для чего у него имелся чемодан с гримерными принадлежностями. Пискарев мог использовать искусственные бороду, усы и тому подобное. Кроме того, у Пискарева имелся саквояж с инструментами, которые он использовал для пыток».



Продолжение следует

Арсений Дронов

«Слабый оперативный сотрудник и не имеет связей в ФСБ РФ»

Генерал о безопаснике СКР




Источники телеграм-канала ВЧК-ОГПУ говорят, что после долгих раздумий Александр Бастрыкин в СКР решил сделать ставку на своего первого заместителя Эдуарда Кабурнеева. Он теперь главный фаворит председателя, в котором он видит преемника. Кабурнееву, наверное, стоит вздрогнуть. Все другие любимчики и «преемники» Бастрыкина плохо кончили. В Дмитрии Довгие он сам разочаровался и тот отправился на нары. В начальнике ГСУ СКР по Москве генерале Александре Дрыманове разочаровались сотрудники Управления М ФСБ РФ, когда установили, что он был среди получателей взятки за освобождение авторитета Андрея Кочуйкова (Итальянец). Бастрыкин долго бился за протеже, когда над Дрымановым совсем «сгустились тучи» отправил его в командировку в Сирию. Считалось, что после длительной поездки в «горячую точку», контрразведчики ослабят интерес к Дрвыманову. Но не помогло, Дрыманову пришлось уйти в отставку и спасать его отправился уже давний друг экс-глава управления СКР по Волгоградской области Михаил Музраев. У себя в регионе он организовал адвокатский статус для Дрыманова. Но тот получил адвокатскую корочку не успел его арестовали. Арестовали в первую очередь по показаниям ученика Музраева – экс-замначальнику ГСУ СКР по Москве Денис Никандрова. А на приятеля Дрыманова Михаила Максименко показания дал его подчиненный бывший заместитель главы Управления собственной безопасности СКР Александр Ламонов.


Александр Дрыманов


Показания, которые Дрыманов давал, еще будучи начальником ГСУ СКР по Москве, есть в распоряжении Rucriminal.info.

«Дрыманов А.А. показал, что в ходе расследования уголовного дела, возбужденного в связи с инцидентом на улице Рочдельской в г. Москве по ходатайствам следствия в отношении Буданцева была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, а в отношении Кочуйкова и Романова- в виде заключения под стражу. Позиция следствия о применении более мягкой меры пресечения в отношении Буданцева была связана с тем, что к нему приезжали сотрудники ФСБ РФ и просили учесть, что Буданцев служил в спецподразделении, имеет награды, у него 4 детей.

В начале 2016 года Ламонов в кабинете Максименко в присутствии последнего выяснял у него (Дрыманова) причины избрания разных мер пресечения. В дальнейшем все дела по этой ситуации в соответствии с требованиями закона были переданы в отдел, который курировал Никандров. В середине февраля 2016 года сотрудник ФСБ России сообщил ему, что у Максименко неправильное мнение относительно квалификации действий участников событий на улице Рочдельской. Об этом разговоре он (Дрыманов) поставил в известность Максименко. Кроме того, в феврале 2016 года он, Максименко и Никандров втроем обсуждали квалификацию действий участников инцидента. Он (Дрыманов) не спрашивал у Максименко, почему он интересуется этим вопросом, поскольку посчитал это некорректным с учетом должностного положения последнего. Решение о передаче дела от следователя Супруненко в отдел, возглавляемый Денисовым и курируемый Никандровым, принималось им (Дрымановым), в соответствии с требованиями закона. Никаких претензий к Супруненко у него не было, однако последний заканчивал расследование другого резонансного дела, которое один раз уже было возврашено судом на основании ст. 237 УП К РФ.


Денис Никандров


29 апреля 2016 года Никандров сообщил ему (Дрыманову) о выделении в отдельное производство уголовного дела в отношении Кочуйкова и Романова и направлении его для расследования в СУ по ЦАО ГСУ СК РФ по г. Москве. Никакого нарушения закона он (Дрыманов) в этом не видит. При этом Никандров фактически поставил его перед фактом. Одновременно Никандров показал докладную записку за подписью Крамаренко. Он (Дрыманов) сказал отдать ее в приемную. Данная записка по базам документооборота числится за Никандровым. 4 мая 2016 года Никандров провел оперативное совещание, протокол был составлен начальником отдела процессуального контроля Пахомовым. В дальнейшем постановление о предъявлении Кочуйкову и Романову ст. 330 У К РФ было направлено в прокуратуру в обвинения по установленном законом порядке, однако никакой реакции вплоть до момента, предшествующего истечению срока содержания обвиняемых под стражей, не было. При этом 14 июня 2016 года Никандров сообщил ему о претензиях прокуратуры в части квалификации действий обвиняемых, но ничего не говорил про меру пресечения. \

О получении Максименко взяток ему ничего неизвестно.

На его продвижение по службе Максименко не влиял. Последний участвует в согласовании кандидатур на должности в СК РФ наряду с другими начальниками управлений. Кроме того, кандидатуры согласовываются с ФСБ России.

Показания Никандрова он объясняет длительным содержанием под стражей и давлением сотрудников ФСБ России.

С Ламоновым он отношений не поддерживал. Полагает, что последний не сoответствовал занимаемой должности, так как является слабым оперативным работником и не имеет связей с ФСБ России в отличие от Максименко».





Продолжение следует

Алексей Ермаков