понедельник, 14 марта 2011 г.

Дьяченко вступила в борьбу за прошлое

http://rumafia.com/ru/news.php?id=9

Дочь и советник первого президента России Бориса Ельцина Татьяна Дьяченко в своем блоге в «Живом журнале» [url]www.t-yumasheva.livejournal.com/[/url]) в последние дни все чаще высказывается о политике. 6 января она объявила: «Здесь я буду бороться с ложью (…) Я обязательно расскажу о самых сложных и острых событиях 90-х годов. То, что я думаю и о первой чеченской войне, и о второй чеченской кампании 99-го года. И о дефолте 98-го года. И об октябрьском кризисе 93-го. И о Семье. И об олигархах».

Кроме бывшего охранника и помощника Ельцина Александра Коржакова, Дьяченко никого жестко не критикует. Наиболее лестно она высказывается о Владимире Путине, объясняя почему выбор Ельцина пал на него: «Серьезный, сильный руководитель, политик. (…) За считанные месяцы смог наладить хорошие собственные контакты с губернаторами. (…) Нравились его содержательные доклады, его аргументации, его спокойный, сдержанный подход к острым проблемам, которые тут и там возникали в регионах страны.

С явной симпатией Дьяченко пишет о Романе Абрамовиче. Бориса Березовского немного журит за интриганство, но отмечает его прозорливость, когда он еще в 1994 г. выступил резко против Чеченской войны. А скандал с арестом двух штабистов Ельцина во время выборов 1996 г. с коробкой из-под ксерокса с несколькими сотнями тысяч долларов объясняет нечестным поведением Коржакова, который сам и распределял финансовые средства на кампанию, а также несовершенством тогдашнего избирательного законодательства, сильно ограничивавшего лимиты избирательных фондов.

В хорошо продуманных записях Дьяченко можно угадать авторство, энергичный почерк ее мужа Валентина Юмашева (он был журналистом до того, как возглавил в 1997-98 гг. кремлевскую администрацию), говорит депутат Госдумы нескольких созывов, автор книги «По обе стороны кремлевского зановеса» Алексей Митрофанов.

Очевиден политический подтекст активизации Дьяченко, делает вывод политолог Евгений Минченко, здесь может быть три версии: грядущее участие в президентской кампании, партийное лидерство в каком-то неолиберальном проекте и репутационная реабилитация «семейной группы» для минимизации политических рисков. Минченко считает наиболее вероятной третью трактовку. После смерти в 2007 г. Бориса Ельцина его ближайшее окружение и связанные с ним бизнесмены и политики оказались без прикрытия, а в условиях экономического кризиса и нервозности, когда элита не знает, кто придет в Кремль в 2012 г., риски этой группы растут.

Дьяченко скорее демократ, если учитывать роль, которую она играла в 1990-х гг., говорит сопредседатель «Правого дела» Леонид Гозман. Он был бы рад, если бы она присоединилась к правому проекту, но не слышал ничего о подобных намерениях дочери Ельцина.

То, что делает Дьяченко — можно назвать моральной политикой, говорит президент «Фонда эффективной политики» Глеб Павловский: она отстаивает свой выбор и выбор отца. По его мнению, Дьяченко почувствовала новую повестку, когда актуализировалось идеологическая борьба за прошлое, начались дебаты о корнях и происхождении новой России. Дьяченко занимается апологией прошлого, защищает биографию целого поколения, констатирует эксперт — и это рискованный шаг с учетом распространенного в обществе отношения к 1990-м гг.

По мнению Митрофанова, оправдание 1990-х и Бориса Ельцина показывает, что Путин вовсе не был таким уж спасителем, которому всем обязана новая Россия, а это косвенно работает на Медведева. Возможно, такая тонкая борьба за умы и является конечной целью Юмашева и Дьяченко, не исключает политик.

Юмашев последний раз говорил с журналистами о текущей ситуации в стране в 2001 г., когда, собрав представителей московских изданий (в их числе был автор этих строк) заявил, что Путин недооценивает самостоятельность силовой части своего окружения и может оказаться «в заложниках у силовиков», как это произошло с Ельциным. С тех пор ни он, ни Дьяченко, об актуальной политики не высказывались.

Юмашев близок к сменившему его на посту шефа администрации Александру Волошину, а тот к Медведеву, подтверждает Минченко. Он полагает, что выступления Дьяченко — отчасти ответ на появившийся при Медведеве запрос на либерализацию. Правильнее говорить не о либерализации, а о нормализации, подтверждении преемственности курса, возражает Павловский. В этом смысле, по его мнению, высказывания Дьяченко и в Медведева, и в пользу Путина, и отчасти всех тех, чья политическая биография восходит к 1990-м гг.

Ведомости

Комментариев нет:

Отправить комментарий